Виктор ШАЙТАР: “Авария пошла мне на пользу”

Суточный марафон “24 часа Ле-Мана” — одно из самых сложных автомобильных соревнований на планете. Стартовать здесь уже почетно, а финиш после 24 часов для многих так и остается несбыточной мечтой. Российская команда SMP Racing уже в третий раз вышла на старт этой гонки. И закончила ее на бронзовой ступени подиума.

Для чемпиона мира по гонкам на выносливость (FIA World Endurance Championship) 2015 года Виктора Шайтара это был уже третий Ле-Ман. И все три марафона были абсолютно разные. Разные машины, разные экипажи, разный результат на финише.

— В первый раз я вышел на старт в 2014 году, — вспоминает пилот. — Для меня тогда все здесь было в новинку. Мы готовились физически, но все равно не представляли нагрузку на организм. Мы готовились морально, но все равно эмоции взяли вверх. Мы планировали работу команды, но все равно не смогли предусмотреть все.

Для меня самый первый Ле-Ман преподнес очень важный урок. Мы тогда выступали на “Феррари” и ехали достойно. Под утро, когда уже две трети марафона были позади, я буквально, наверное, секунд на десять в какой-то момент поверил в то, что я уже держу в руках эту гонку, что Ле-Ман мне покорился. И машину, и трассу, — все контролирую. И Ле-Ман меня сразу же наказал. Сразу! Я полностью разбил машину, похоронив работу всей команды. После того случая, к следующему году, я многое переосмыслил. Эта авария пошла мне на пользу. Это как переход на другой этап. Я стал мудрее. Все учатся по-разному. Видимо, для меня это был необходимый опыт.

К следующему году мы с Алексеем Басовым перестроили систему физической подготовки. Возросли кардионагрузки, добавились тренировки по боксу. Бокс одновременно развивает и быстроту реакции, и дает хорошую нагрузку на весь организм.

Так что второй Ле-Ман для нас прошел значительно легче во всех смыслах. Трасса уже знакома, машина осталась прежней, команда сработалась. В прошлом году нам удалось не только финишировать, но и победить в своем классе.

— Какие чувства испытываешь, когда в честь твоей победы звучит гимн России? Тем более что это случилось впервые за всю историю.

— Это непередаваемое чувство! Гордость за страну, удовлетворение от проделанной работы. Да просто счастье! Тем более что очки, полученные за победу на этой гонке, пошли в общую копилку чемпионата мира и помогли по итогам года его выиграть.

— В этот раз вы финишировали третьими. Где недоработали?

— Это третье место для нас как победа. В 2014 и 2015 годах мы выступали на “Феррари” в классе GT, а сейчас на спортпрототипе российской разработки BR01 и в более престижном классе LMP2. Этой машине всего год, и, в отличие от наших конкурентов, мы еще не набрали полной статистики по настройкам для каждой трассы. Тестовая работа занимает не один день, и для этого нужно проехать не одну сотню километров.

— Чем отличается управление кузовным болидом от управления болидом с открытыми колесами? Сложно было перестроиться?

— Если честно, то не очень. Я ведь когда-то начинал свою гоночную карьеру как раз с болидов с открытыми колесами. Свой первый титул чемпиона России я завоевал, выступая на болиде Формула 1600. Поэтому просто нужно было вернуться к истокам. В принципе, особых проблем с адаптацией не было. Потому что в этом году я еду только на ней. Так сказать, не был испорчен GT-стилем. Просто все происходит немного быстрее. На прямой скорость примерно одинакова. А вот динамика у BR01 по сравнению с “Феррари” лучше. Максимальная скорость чуть больше. У “Феррари” на трассе Сарте получается около 300, а у BR01 скорость достигает 307 км/ч. Если брать время круга, то мое лучшее время на “Феррари” в прошлом году составляло 3 минуты 56 секунд, а в этом сезоне на BR01 около трех минут 40 секунд. Разница, конечно, большая выходит, в районе 16 секунд. Протяженность трассы 13 км 629 метров. То есть больше секунды с километра получается!

Прототип BR01 команды SMP Racing
Прототип BR01 команды SMP Racing

— В отличие от той же “Формулы-1”, где вся команда работает на одного пилота, в гонках на выносливость экипаж состоит из трех пилотов. Твои напарники в этом сезоне Кирилл Ладыгин и Виталий Петров. Как сработались?

— С Кириллом мы знакомы очень давно, еще по российским соревнованиям, да и в команде SMPRacing мы вместе с самого начала. Кирилл — очень надежный пилот и отличный парень. А вот с Виталием мы были знакомы только шапочно. Сначала мне казалось, что это будет выглядеть как “я — звезда”. Но сейчас могу высказать свое мнение. И оно не зависит от того, что мы хорошо проехали Ле-Ман. Изначально мы начали нормально общаться, на одном языке. Я даже был удивлен, что у человека нет звездной болезни. Сейчас мы его воспринимаем, как будто он с нами с самого начала был, с 2013 года. А его опыт по настройкам автомобиля, полученный в “Формуле-1” очень помогает нам.

— Сейчас в спортивном мире актуальны вопросы применения допинга. Как с этим обстоят дела в автоспорте?

— Есть список запрещенных препаратов. У тебя в любой момент могут взять пробу на допинг. Я вернулся в Москву после гонки, и где-то меня продуло. Небольшой насморк, но никакие капли использовать нельзя. Так что жду, когда само пройдет. Потому что уже совсем скоро нашей команде вылетать на следующий этап чемпионата мира по гонкам на выносливость. Он пройдет 24 июля на другой легендарной трассе Нюрбургринг. Эта гонка длится всего 6 часов, так что будет гораздо легче.

Дмитрий СОМОВ, «Спорт-Экспресс»